«Послеродовая депрессия — не слабость, а семь курсов химиотерапии не убили мечту стать мамой»: честное откровение Валерии Ивлевой о боли, любви и праве быть уязвимой

Переходные сезоны души: юмор как высшая психологическая защита

— Валерия, здравствуйте. Давайте начнем с точки «здесь и сейчас». Лето у вас вышло действительно масштабным — путешествия по Азии, семейные традиции. Но сейчас за окном осень. В психологии межсезонье считается моментом энергетической перестройки, когда тело и психика адаптируются к смене света. Как вы переживаете эти осенние «пороги»? Накатывает ли хандра?

— Лето прошло у меня потрясающе, просто роскошно. В этом году мы с семьей много путешествовали: побывали в Китае, дважды ездили в Таиланд. У нас есть традиция: каждый год после съемок «Адского шефа» мы уезжаем отдыхать на месяц — весь июль. Буквально на следующий день после окончания съемок улетаем в отпуск большой семьей: с Никусей, шефом, его детьми от первого брака и няней.

Еще к нам приезжает много друзей, и мы все вместе классно проводим время. В этот раз нам особенно повезло с виллой, погодой и природой. Мы наслаждались вкусной тайской едой, ходили в зоопарки, различные террариумы и дендрарии, просто наслаждались азиатским летом. Обычно мы уезжаем отдыхать в самый разгар лета, поэтому московское лето почти не успеваем застать.

А вот перестроиться на осень после возвращения из отпуска мне бывает довольно сложно. Я вообще тяжело переживаю эти две смены сезонов: осенний и весенний — такие кризисные моменты года. Поэтому обычно я постепенно морально готовлюсь к осени.

Я как раз из тех людей, которые осенью хандрят и немножечко «депрессуют» — я это так, конечно, в шутку называю. Бывает состояние, когда вообще никуда не хочется: желание залезть под одеяло, смотреть фильмы, пить чай с пряниками и надеть теплые носочки.

Я вообще мерзляк, а осенью, когда погода начинает меняться, появляется непонятный ветер, дождь, мне совсем не по себе. Поэтому перестроиться на осень мне действительно бывает непросто. Но я стараюсь не поддаваться этому состоянию. Беру себя в руки, занимаюсь спортом. Сейчас в моей жизни его достаточно много: я занимаюсь верховой ездой, играю в теннис, хожу на кардио- и силовые тренировки, плаваю. Стараюсь себя бодрить, загружать делами, строить планы и двигаться к своим целям. Поэтому, хоть мне и сложно перестроиться, я стараюсь сильно не унывать. А в осени мне нравится самое ее начало, когда еще чувствуется летнее тепло, но уже начинают желтеть листья и появляется этот легкий, свежий осенний ветерок. Правда, длится этот период совсем недолго — буквально первые пару недель сентября.

— Зигмунд Фрейд считал юмор самой зрелой формой психологической защиты, способной сублимировать даже сильное напряжение. В вашем арсенале смех занимает особое место. Как устроен ваш внутренний компенсатор bad mood? Это врожденная устойчивость или натренированный навык?

— Я по жизни больше оптимист. Я человек веселый, озорной и редко унываю. Моя главная психологическая защита от всего негативного — смех, юмор и шутки. Поэтому, чем мне грустнее, тем веселее — такой парадокс (улыбается — прим. ред.). Конечно, плохое настроение тоже бывает. Но я стараюсь не оставаться в нем долго и довольно быстро беру себя в руки. Для меня, опять же, один из лучших способов справиться со стрессом — спорт. Физическая нагрузка отлично помогает в борьбе с кортизолом. Тем более, что дома у меня есть и бассейн, и спортзал: все под рукой и в удобном доступе. Так что мой рецепт от плохого настроения простой: юмор и движение.

«Мамы Пятницы»: как снять невроз первого родительства

— Уже пять лет вы являетесь лицом рубрики «Я теперь мама» в проекте «Мамы Пятницы». Молодые мамы сегодня находятся под гигантским давлением идеальных картинок из соцсетей. Какую главную терапевтическую задачу вы ставите перед собой, выходя в эфир?

— Да, я уже пять лет являюсь соведущей проекта «Мамы Пятницы» и веду в нем свою рубрику «Я теперь мама». Это проект о женщинах, материнстве и детях, главная задача которого — сделать родительство немного проще и спокойнее. Когда появляется первый ребенок, ты можешь быть совершенно неподготовленной к огромному количеству вопросов, которые возникают буквально каждый день: какой градусник выбрать, чем лечить насморк, что делать при аллергии, какие средства действительно нужны малышу, а без каких покупок можно обойтись.

В моей рубрике мы вместе со специалистами и приглашенными экспертами разбираем самые частые вопросы родителей, которые они задают поисковикам. Темы бывают совершенно разные: от того, что делать, если ребенок проглотил батарейку, до вопросов о сыпи, аллергии, детской гигиене, питании и многом другом. Например, я регулярно работаю с экспертом Алексеем Бессмертным, и мы подробно разбираем вопросы, связанные со здоровьем детей.

Для меня этот проект оказался особенно важным еще и потому, что я сама пришла в него в тот период, когда стала мамой. У меня появилась Ника. И вместе с материнством появилось огромное количество вопросов. Я прекрасно помню это ощущение: вокруг столько товаров, гаджетов, средств для ухода, и совершенно непонятно, что действительно необходимо ребенку, а что просто красиво выглядит на полке. Причем, на собственном опыте я поняла, сколько времени и денег можно потратить на попытки все это самостоятельно изучить и перепробовать. А ведь многие вещи оказываются совершенно необязательными.

Поэтому мне очень нравится идея «Мам Пятницы»: мы стараемся экономить мамам не только деньги, но и самое ценное — время и силы. При этом, проект охватывает разные этапы взросления ребенка: у нас есть темы и для малышей, и для детей постарше, и для подростков. И, конечно, «Мамы Пятницы» — это не только женская история. В проекте есть и папа: например, в своей рубрике он занимается готовкой вместе с детьми.

А лично мне этот проект дал очень многое. Наверное, самое главное — ощущение, что ты не одна в своих вопросах и сомнениях. Материнство не требует от женщины сразу знать все. Иногда достаточно просто иметь рядом людей, которые помогут разобраться. И мне очень приятно, что благодаря своей работе я могу быть таким человеком для других мам.

«Материнство не требует от женщины сразу знать все. Не нужно сравнивать себя с другими мамами: у каждой свой темп восстановления и свои обстоятельства. Забота о ребенке всегда начинается с заботы о его маме».

72 часа послеродового шторма: правда о гормональном кризисе

— О послеродовой депрессии долгое время предпочитали молчать, списывая состояние женщины на «капризы» или «эгоизм». Вы перенесли этот острый гормональный срыв прямо в палате роддома. Как психолог, я понимаю, насколько глубока эта уязвимость, когда биохимия резко обрушивается. Что вы чувствовали в те три дня и как сегодня смотрите на этот опыт?

— Самым сложным для меня оказался период после родов, прежде всего — серьезная гормональная перестройка организма. Я столкнулась с послеродовой депрессией, хотя, в моем случае она длилась недолго — около трех дней. Но даже за это время я успела понять, насколько тяжелым может быть такое состояние. Это произошло в роддоме.

Я помню, что окна в палате были закрыты матовой пленкой, и сначала совершенно не обращала на это внимания. А потом однажды проснулась и неожиданно начала навзрыд плакать. Я смотрела на окно, не видела улицы и чувствовала, что меня переполняют эмоции. В этот момент ко мне зашел врач вместе с заведующей послеродовым отделением. Они сразу поняли, что происходит, и очень бережно, с юмором попытались меня поддержать. Врач спросил: «Ну что, Валерия, Вас никто не любит?» Я ответила: «Да, никто не любит и не ценит. И окно матовое». Сейчас я могу вспоминать эту историю с улыбкой, но тогда мне было действительно тяжело.

Мне объяснили, что такое состояние может быть связано с гормональными изменениями, в том числе, с прекращением лактации. Я приняла решение не кормить грудью, и лактацию подавляли специальными препаратами. Все это, конечно, тоже повлияло на мое эмоциональное состояние.

Я очень чувствительный человек, поэтому особенно остро ощущала, как меняется мое настроение: то я плакала, то смеялась, то испытывала огромную любовь, то внезапно погружалась в грусть. И тогда я впервые по-настоящему поняла, насколько сильно организм женщины меняется после рождения ребенка. Мне часто говорили: девять месяцев беременности и примерно девять месяцев после нужно организму, чтобы восстановиться. В моем случае действительно понадобился почти год, чтобы я почувствовала: мой гормональный фон наконец-то стабилизировался, а я снова стала собой.

Материнство — это огромная любовь, но вместе с тем большая ответственность, усталость и множество новых переживаний. Важно разрешать себе просить о помощи, отдыхать, говорить о своих чувствах и не стесняться обращаться к специалистам, если становится тяжело. Послеродовая депрессия — это не слабость и не повод винить себя. Это состояние, с которым можно и нужно работать. Не нужно сравнивать себя с другими мамами. У каждой женщины свой опыт, свой темп восстановления и свои обстоятельства. Самое важное — быть внимательной к себе и помнить, что забота о ребенке начинается с заботы о его маме.

Семь кругов химиотерапии и победа над диагнозом «бесплодие»

— Вы прошли через испытание, о котором многие предпочитают не говорить вслух: пузырный занос, онкологический центр им. Блохина, семь курсов химиотерапии, последующий эндометриоз и четыре года бесплодия. Это колоссальная психосоматическая и телесная нагрузка. Что происходило внутри вас в те моменты, когда тесты раз за разом показывали одну полоску? Где вы черпали тот невидимый ресурс, который не дал сломаться?

— Да, у меня действительно была довольно тяжелая история. У меня была болезнь, которая в простонародии называется пузырный занос. Из-за него я прошла семь курсов химиотерапии в клинике имени Блохина. В дальнейшем у меня возникли проблемы по гинекологии, в том числе — эндометриоз. Четыре года мне ставили бесплодие. Я проходила огромное количество обследований — проверяла проходимость маточных труб, делала лапароскопию и другие исследования. Муж тоже обследовался. Но мы долго не могли понять, почему беременность не наступает. В какой-то момент мы начали рассматривать разные варианты: ЭКО, а в перспективе — даже суррогатное материнство. Потому что моральные силы действительно заканчивались. Я очень устала жить от цикла к циклу: следить за овуляцией, измерять температуру, делать тесты и снова видеть отрицательный результат.

Для меня это было особенно тяжело, потому что я с детства мечтала о семье и детях. Я, вроде бы, построила семью, но не могла дополнить ее ребенком. Это стало большой травмой.

Переломным моментом стала встреча с моим репродуктологом Мариной Александровной. Мне ее порекомендовала беременная на тот момент подруга. Врач изучила всю мою историю, назначила дополнительные обследования и гормональную терапию. Я тогда уже настолько устала от лечения, что плакала и говорила: «Я больше ничего не хочу делать». Но, в итоге, послушалась врача и взяла препараты с собой в отпуск. Делала все, что она рекомендовала, снова следила за овуляцией, делала тесты. Первый тест на беременность оказался отрицательным. А через два дня, когда мы возвращались в Москву, я почему-то решила купить еще один. Сделала его в поезде — и поняла, что беременна.

«Я сделала тест на беременность прямо в поезде — и увидела две полоски. Огромное желание стать мамой помогало мне не сдаваться, несмотря на усталость, боль и отчаяние. Иногда нужно просто разрешить себе поплакать, а потом попробовать еще раз».

Я человек очень тревожный и боялась поверить, что все действительно получилось. Сразу позвонила врачу. Мне хотелось как можно скорее попасть на УЗИ и убедиться, что все хорошо. И, Слава Богу, беременность оказалась маточной.

Теперь у меня есть дочь, и я очень благодарна врачам, которые помогли мне в этом. Я думаю, что без такого внимательного отношения к особенностям моего организма все могло сложиться иначе. Они буквально носились со мной все восемь месяцев. Я родила на 35-й неделе.

А, что касается моральных сил, я не могу сказать, что все эти годы была сильной и позитивной. Были слезы, отчаяние и ощущение, что я больше ничего не могу. Но огромное желание стать мамой помогало мне не сдаваться, несмотря на усталость и отчаяние. Наверное, иногда важно разрешить себе устать и даже поплакать, а потом — просто попробовать еще раз.

— Когда после таких сложнейших испытаний ребенок наконец оказывается на руках, у многих женщин включается «синдром гиперопеки» или «синдром идеальной матери». С какими неожиданными страхами вы столкнулись на первом этапе и как выстраивали систему реальной поддержки?

— Если честно, для меня практически все в материнстве оказалось неожиданным. Меня с детства воспитывали с идеей, что беременность и материнство — это чуть ли не лучший период в жизни женщины. А, когда я сама столкнулась с беременностью, поняла, что реальность может быть совершенно другой. Я, кажется, собрала практически все, что только могло произойти: и пессарий, и проблемы со зрением, и дополнительную дольку плаценты, и обвитие, и гестационный сахарный диабет, а в итоге — было экстренное кесарево сечение. А после рождения Ника некоторое время провела в кувезе. Поэтому первые дни были для меня очень тревожными и эмоционально тяжелыми.

И потом начался уже совершенно новый этап. Я помню, что мне было страшно буквально все: купать ребенка, переодевать, кормить, правильно держать. Ты, вроде бы, стала мамой, но никто не выдает тебе инструкцию, как именно ею быть. При этом, мне очень повезло с моей бабушкой. Она много лет работала в медицине, и именно ее поддержка в первые недели после рождения Ники стала для меня огромной опорой. Поэтому мой главный совет женщинам, которые только стали мамами или готовятся ими стать, — не отказывайтесь от помощи.

Я сама сначала пыталась быть героиней. Мне казалось: «Я мама, я сильная, я должна справиться сама». Когда бабушка предлагала помощь, я даже не сразу была готова отдавать ей ребенка. Но довольно быстро поняла, что это совершенно неправильный подход и в будущем спокойно принимала ее помощь. Потому что после родов женщине нужны силы не только на уход за ребенком, но и на собственное восстановление.

Кроме того, появление ребенка полностью меняет семейную систему. Было двое — стало трое. Меняются отношения с мужем, привычный уклад жизни, распределение обязанностей, появляется огромное количество новых задач. И на то, чтобы все это постепенно выстроить, тоже нужны силы. И еще я очень хочу сказать женщинам: не забывайте о себе. Это не эгоизм. Наоборот, если у мамы есть возможность восстановиться, поспать, встретиться с подругой, заняться любимым делом или просто побывать в тишине, это нужно делать. Ведь это ресурс, который потом возвращается всей семье.

Границы, тигриный инстинкт и отказ от «синдрома суперженщины»

— Карл Юнг писал про фундаментальную трансформацию личности после прохождения через личный ад. Что материнство переписало в вашей идентичности? Какая вы мама сегодня?

— Я, наверное, достаточно простая мама. И мне кажется, Ника во многом просто подстроилась под мой образ жизни. Она очень активная девочка и практически с самого рождения ездит со мной абсолютно везде. У нас на Кубани есть такая традиция: первые 40 дней ребенка стараются не выносить за пределы дома или двора. Бабушка тоже очень строго за этим следила и никуда меня с Никой не отпускала.

Но, как только дочке исполнилось 40 дней, мы посадили ее в автокресло. Уже с 41-го дня жизни она путешествовала со мной: мы вместе ездили на работу, съемки, мероприятия и учебу. Даже книги «Шефа» выпускали вместе.

Мне нравится, что наши отношения с дочкой, скорее, дружеские. Но, при этом, в них есть уважение. Ника понимает, что я ее мама и у меня есть определенные правила. Но мне очень важно, чтобы она всегда могла прийти ко мне с любым вопросом, чтобы она знала, что ее не будут ругать или наказывать за то, что она что-то спросила.

А вообще материнство полностью изменило мою жизнь. Она действительно разделилась на «до» и «после». Изменились привычки, график, ритм жизни, первое время пришлось многое в себе перестроить и какие-то свои интересы отодвинуть на второй план. Я раньше думала, что хорошо представляю себе материнство: у меня есть младшие братья и сестры, я помогала их воспитывать. Но свой ребенок — это совершенно другой опыт. Это не просто новая роль, а действительно новая жизнь.

— А что нового вы обнаружили в глубинах своего «Я», когда Ника вошла в вашу жизнь? Какие базовые ценности проявились четче?

— Наверное, самое главное, что открылось мне с рождением Ники, — это совершенно невероятная любовь. Ее невозможно сравнить ни с любовью к мужчине, ни к родителям, ни к родственникам. Это какое-то совершенно другое, гораздо более глубокое чувство. В какой-то момент ты просто смотришь на своего ребенка и уже не можешь представить, что когда-то его не было в твоей жизни. У меня сейчас именно так. Мне кажется, что Ника всегда была со мной. Я настолько внутренне изменилась, что уже не представляю себя без нее.

Но вместе с этим материнство открыло во мне и совершенно другую сторону. Я достаточно легкий, веселый человек, и никогда не считала себя особенно жесткой. Но, если речь идет о безопасности моего ребенка, во мне за секунду просыпается какая-то тигрица. Я могу быть очень спокойной, но, если понимаю, что Нике что-то угрожает, мне кажется, я способна буквально разорвать любого, кто причинит ей вред.

И еще я стала по-другому относиться к балансу в жизни. Для меня важно не растворяться в материнстве полностью. Я могу спокойно оставить ребенка с близкими и заниматься своими делами, потому что понимаю: у Ники должна быть своя жизнь, а у меня — своя. При этом, я хочу оставаться для нее близким человеком, которому всегда можно довериться. Наверное, именно это для меня сейчас и есть одна из главных ценностей материнства — безусловно любить своего ребенка, но, при этом, помогать ему становиться самостоятельным человеком.

— Телевидение, диплом психолога, подкаст, блог, воспитание дочки, семья… Как устроена ваша система тайм-менеджмента? Это жесткий структурированный план или интуитивная потоковость?

— Мой главный секрет в четком графике и режиме. Если я выбиваюсь из режима, все очень быстро идет в тартарары, поэтому приходится возвращаться к нему, как можно скорее. Конечно, мне в этом помогают. У меня есть няня, помощник по дому, человек, который следит за территорией, и помощник, который занимается одеждой и порядком в гардеробе. Есть и личная помощница, которая помогает мне организовывать график, вести записи и держать в порядке рабочие и личные дела. Поэтому я не пытаюсь делать все самостоятельно. Мне кажется, это вообще важный момент: иногда гораздо эффективнее честно признать, что тебе нужна помощь, и делегировать то, что можно делегировать. А дальше — собственных график, режим и дисциплина.

От личной боли — к женской опоре: психология, подкаст и мечты

— Ваш авторский подкаст «О важном с Валерией Ивлевой» родился в переломный момент развода. Часто именно личные кризисы становятся отправной точкой для создания проектов глубокой социальной ценности. Какая миссия заложена в основу вашего подкаста и учебы на психолога?

— Да, у меня есть подкаст «О важном с Валерией Ивлевой». Идея его создания появилась во время моего развода. Я сама столкнулась с большим количеством вопросов, которые возникают у женщины в кризисной ситуации: как объяснить ребенку, что происходит, где найти хорошего семейного юриста, как решать бытовые и финансовые вопросы, как вообще понять, что делать дальше. Когда человек находится в кризисе, ему очень сложно мыслить рационально и концентрироваться. А вопросов в этот момент становится огромное количество: где, на что жить, как все организовать и договориться, как помочь ребенку пережить происходящее. Моя дочь тогда была совсем маленькой — ей было три с половиной года, и для нее это тоже было непростым периодом.

Мне хотелось создать пространство, где женщина может быстро получить нужную ей информацию — без лишней воды и сложных формулировок. Поэтому мы делаем небольшие, примерно часовые, выпуски с экспертами. Их можно послушать в машине, во время прогулки, тренировки или домашних дел и получить конкретные ответы на вопросы, которые тебя волнуют. Темы у нас очень разные: материнство, психология, отношения, карьера, саморазвитие. Мне интересны и такие направления, как астрология и нумерология, когда они используются, как инструменты для лучшего понимания себя и ребенка. Мы также собираем вопросы от подписчиц и по ним формируем будущие выпуски.

Я сама уже девять лет нахожусь в психотерапии и второй год учусь на психолога в Московском институте психологии и психоанализа. Поэтому мне давно хотелось не только получать знания, но и делиться ими. Мне очень хочется быть полезной для других женщин. Я вообще человек, которому важно не просто брать, но и отдавать, обмениваться опытом. Мне очень хочется, чтобы мои проекты в целом стали для женщин таким пространством поддержки. Сейчас мы вместе с партнерами работаем над большим проектом в сфере психологии — платформой с профессионалами, психологами и образовательными программами, где можно будет получить дополнительную квалификацию или найти специалиста для себя.

В дальнейшем я хочу объединить все эти направления — подкаст, мои программы, социальные сети и платформу в одно большое пространство, где женщина сможет найти информацию, поддержку и профессиональную помощь. Мне очень близка идея быть для женщин опорой в сложные периоды. Я сама знаю, насколько тяжело бывает оказаться в кризисе, поэтому мне хочется создавать проекты, которые действительно могут помочь человеку пройти через такой момент и найти для себя решение.

— Это масштабное намерение, которое откликается духу нашей редакции. А какие еще медийные вершины и творческие мечты зажигают вас прямо сейчас?

— У меня есть мечта — вести три развлекательных шоу на федеральном канале. Одно из них я вижу, как проект про домашний уют. Если в проекте «Мамы Пятницы» мы помогаем женщине решать вопросы, связанные с материнством, а в подкасте говорим о том, что происходит у нее внутри, то здесь мне хочется помочь создать комфортное пространство вокруг себя — свой дом, свое маленькое гнездо. Причем, мне хочется показать, что для этого совершенно не обязательно тратить огромные деньги. Хочется, чтобы заходить домой и радоваться тому, что тебя окружает.

Также обязательно хочется дальше развивать свой подкаст. Мне вообще близка идея проектов, которые помогают женщине чувствовать себя лучше на разных уровнях — в семье, внутри себя, в работе и даже в собственном доме.

А еще я мечтаю сняться в сериале, в одной из главных ролей. Конечно, я не актриса. Но было бы здорово однажды получить роль первого плана (улыбается — прим. ред.).

— В современной популярной психологии часто говорят про «Колесо баланса». Что лично для вас означает категория «Успех»? Входит ли в нее необходимость доказывать себе или миру свою состоятельность?

— Есть такое понятие, как колесо баланса, где мы прописываем все сферы своей жизни и оцениваем каждую по десятибалльной шкале. Для меня успех — это когда каждая сфера этого колеса устраивает тебя на 100%. Это и есть тот самый «прайм», как сейчас говорят.

Мне, если честно, не очень близки понятия «хорошая жена» и «хорошая мама»: каждая жена и каждая мама по-своему хороша для своих близких. Для меня важно быть устойчивой и уравновешенной мамой для своего ребенка. Счастливой женой я себя и так считаю: я люблю своего мужа, у нас прекрасные отношения, и он замечательный отец.

Единственное, что сейчас меня не до конца устраивает в моем колесе баланса, — это карьерная реализация. И именно над этим я активно работаю. Я не тот человек, который готов быть только мамой. Мне важно самореализовываться, развиваться и доказывать прежде всего себе, что я могу многое. У меня достаточно энергии, энтузиазма и мотивации, чтобы успевать все, что для меня действительно важно.

— Представьте свой идеальный день через 10 лет. Какая картинка рисуется в вашем воображении? Где вы, кто рядом и о чем мечтает Валерия Ивлева в той точке своего пути?

— Через десять лет я хочу, чтобы у моих будущих развлекательных шоу на федеральном канале уже шел десятый сезон (улыбается — прим. ред.).

Моей дочке к тому моменту будет 14 лет, и я хочу, чтобы она поступила в хорошую европейскую школу и в совершенстве владела английским языком. В целом мне хочется больше времени уделять Нике, ее образованию и развитию — и уже не переживать о собственном карьерном росте, потому что все, чего я хотела достичь в этой сфере, будет достигнуто.

Я мечтаю о собственном женском клубе, в котором будут состоять больше ста тысяч женщин. Хочу создать большую психологическую платформу — первую на рынке России и Европы. Я сейчас работаю над таким проектом и расскажу о нем немного позже.

А еще мечтаю снять в кино и иметь маленькую французскую усадьбу, моторную лодку с красивыми красными сиденьями. А главное — чтобы во всей этой идеальной картинке рядом были моя семья, друзья и люди, близкие мне по духу.